Глава 3: Обречённый на жизнь

«Лишь получив желаемое,
мы ужасаемся от результата...»

Ещё неделю мы проводили эксперименты над искусственным телом, чтобы убедиться, что всё действительно работает.

Доктору не терпелось рассказать всем о «его успехе», но помня о происшествиях в прошлом, мы не могли позволить ему сделать это, по крайней мере пока.

Время шло, на вторую неделю после операции Доктор совсем потерял контроль над собой. Делать было нечего, пора было рассказать о случившимся. Мы приняли решение, рассказать обо всём на следующий день.

Утром мы отправились за Доктором. Придя к его дому, мы сильно удивились. Там ничего не было. Место, где стоял дом Доктора, и куда мы ходили каждый день, теперь было игровой площадкой. Казалось, что она всё время там была, но это было не так. Мы решили поспрашивать местных жителей, о том, был ли там дом, но все утверждали, что дома там никогда не было.

Происходило что-то странное. Никто не помнил и самого Доктора. Ни его друзья, ни родные, никто не мог вспомнить этого человека, даже по фотографии.

Мы немедленно побежали в больницу, но и там, ни доктора, ни воспоминаний о нём не было.

Весь день мы искали этого человека, но он исчез, как будто его никогда и не было.

Не зная, как такое возможно, мы могли предположить, что это дело рук лишь нашего «тайного врага».

Ещё больший страх, чем прежде, от возможностей этого человека, поразил нас, но этот страх заставлял нас действовать быстрее.

Пришла пора заняться искусственным телом для человека. Поскольку добровольцев не было, да и идея была моя, подопытным стал, конечно же, я.

По нашему мнению, весь процесс создания должен был происходить, как и с Болтом, ну, мы на это надеялись.

Первым шагом, как и до этого, было определение сигналов мозга, вот тут та и возникла первая проблема. Как я и думал, мозг человека оказался гораздо сложнее.

В отличии от Болта, в моём мозге шло еще множество процессов никак не связанных с движением, что создавало серьёзные помехи в работе программы и мешало выявить закономерности.

Решений было множество.

Сперва, меня подвергали гипнозу, чтобы освободить мозг от лишних мыслей. Потом я начал заниматься йогой, в общем, с той же целью, но ничего не помогало. Даже не думая ни о чём, мозг был полон посторонних импульсов, мешающих экспериментам. Процесс, как обычно, встал.

Казалось, что нет никакого способа избавиться от посторонних сигналов, не навредив мне, но тут Виктор предложил странное решение, проверять обратную связь.

Основная идея Виктора заключалась в том, чтобы проверять импульс в двух направлениях (от мозга к мышце, и от мышцы к мозгу), то есть: программа по очереди фиксировала импульсы при движении мышцы от сигналов мозга, а потом сигналы мозга, возникающие при воздействии электрическим током на мышцу. Таким образом, поиск происходил немного точнее, но, всё равно не слишком достаточно.

Ещё одна идея, в добавок к предыдущим была ещё необычнее. Идея была в том, чтобы воспользоваться опытом восточной медицины, и при помощи иголочек «отключить источники помех». Все эти идеи, особенно вместе, казались полным бредом, но, как это не странно, они работали.

Эксперименты были не из приятных. Постоянное онемение большей части тела, из-за иголок, и удары током по остальной части тела, и так по восемнадцать часов в день. Всё это, по моёму, больше походило на пытку, нежили на эксперимент. Думаю, в такие моменты, меня понимал только Болт.

Весь этот кошмар длился месяц. У меня вновь начали появляться проблемы со сном, в основном, из-за постоянной боли в теле, после экспериментов.

Не знаю, зачем именно, возможно, из мести, а возможно из научного интереса, но я решил провести эти эксперименты и над остальными участниками, хотя бы по дню на каждого, и, как оказалось, не зря.

Меня мучил один вопрос, от которого зависело, имеет ли значение наш успех для моей сестры. Вопрос заключался в том, одинаковы ли управляющие сигналы мозга у разных люде, и эксперимент над всеми участниками мог дать ответ на него.

Эксперимент прошел удачно, но смотреть результаты до окончания работы я не стал, чтобы не расстраиваться, и не расстраивать других, ведь лишь идея заставляла меня жить дальше.

После выявления закономерностей, как и в случае с Болтом, пора было приступать к изготовлению искусственного тела.

Зная проблемы, возникающие в предыдущих конструкциях, мы решили что-нибудь изменить.

Для начала, следовала изменить сам скелет. Конечно, тело Болта работало хорошо, но для человека его скелет не был достаточно лёгким и прочным. Использовать какой-то особый материал не было возможности, поэтому изменения должна была притереть именно конструкция отдельных костей.

Всем было ясно, что кость должна быть полой, иначе, она окажется слишком тяжелой, но полая кость не достаточно прочная. Как известно, самой прочной геометрической фигурой, из простых, при давлении на торец, является цилиндр, но при сильном давлении, он начинает сжиматься в самых слабых местах, и именно эту проблему следовало решить.

Следовало посмотреть на обычную кость, она и лёгкая и прочная. Видно, что кость, при близком рассмотрении, пористая, что делает её лёгкой, и при этом не даёт согнуться, как полому цилиндру, возможно, в этом и был ответ.

Кости для нового тела было решено сделать пористыми, по точному слепку реальных, конечно же уже умершего человека. Возник вопрос о том, какой материал использовать.

Долго не думая, в качестве материала мы решили использовать эпоксидную смалу, которую было легко достать в любом строительном магазине.

Всё было обдуманно. Сделав рентген моего скелета, Кристина отправилась разыскивать кости, которые были размером с мои.

Даже не представляю, где она их нашла, но на следующий день у нас был полный набор костей, можно было продолжать работу.

Взяв старую ванну, и приготовив в ней раствор из гипса и алебастры, мы сделали точные слепки всех костей. Затем мы уложили слепки обычным пищевым целлофаном, чтобы потом легко вынуть готовые кости, и, размешав смолу, залили слепки. Смолу пришлось сделать очень густой, чтобы получились именно пористые кости, но к счастью, всё получилось.

На следующий день, внутренняя часть костей была готова. На этом можно было, и остановиться, но для придания большей жесткости, кости следовало покрыть каким-то прочным материалом. Чтобы сделать кости больше похожими на настоящие, мы решили покрыть их «холодной» эмалью.

Теперь кости были полностью готовы. Они были точь-в-точь, как настоящие. Одну мы сделали лишней, чтобы проверить, насколько они прочные. Оказалось, всё было даже лучше, чем мы предполагали. Кость получилось даже крепче настоящей, и к тому же при сильных нагрузках она сперва, начинала гнуться, а только потом ломалась.

Теперь мы принялись за изменение суставов. В общем, они были очень хорошими, и могли двигаться, как и настоящие, но у них был один недостаток – они никак не смягчали резкие нагрузки, что может привести к быстрому износу деталей.

Зная проблему, мы стали думать, как смягчить резкие нагрузки, например при падении. Ответ пришло быстро, стоило только посмотреть на обычный автомобиль.

К обоим концам сустава было решено прикрепить по цилиндру с инертным газом, который можно было достать в любом магазине запчастей.

Теперь скелет был готов, пора было преступать к мышцам и сухожилиям.

Решено было начать с мышц, чтобы знать, на какую нагрузку, в дальнейшем, делать сухожилия.

Мышцы в теле Болта были уникальны, они позволяли делать очень точные движения, но, к большому сожалению, они были очень «слабы» и потребляли много энергии.

Пожалуй, эта проблема была самой серьёзной, в изменении тела, так как не было подходящих альтернатив. Гидравлический привод был недостаточно точным, а механический, недостаточно «сильным», при тех размерах, которые были нужны нам. Требовалось придумать что-то новое, что-то, что содержало в себе лучшие стороны каждого устройства.

Долго думая над тем, как улучшить имеющиеся «электромагнитные мышцы», мы ничего не могли придумать. Прошла уже неделя, но ни одна идея так и не посетила нас. Ещё один вечер мы сидели и размышляли над решением этой задачи, как вдруг, я проснулся с идеей, оказывается, я до этого уснул в размышлениях.

Те мышцы, что были у нас были не достаточно сильными, так как шли только в один ряд, ставить их в несколько рядов было бы бессмысленно, так как выгода была бы меньше, чем прирост потребляемой энергии, но если их ставить в несколько рядов со смещением, чтобы образовалась спираль, каждый ряд будет действовать не только сам на себя, но и на соседние ряды, и при правильном построении прирост в силе будет значительнее превосходить прирост в потребляемой энергии. Эта идея была далеко не простой, но вполне решаемой, так что она подходила нам.

Теперь оставалось заменить лишь сухожилия.

Тут особых проблем не возникло. Конечно, леска, использованная в Болте нам бы не подошла, так как она бы порвалась при сильных нагрузках, поэтому было решено заменить её на обычные стальные тросы, подобранные по толщине в зависимости от места, куда они будут ставиться.

Теперь тело было полностью собрано и настроено, пора было его испытывать.

На этот раз мы не стали выезжать на аэропорт, а провели эксперимент дома, так как мои движения были менее импульсивны, чем у Болта.

Не было сомнений, что всё пройдёт гладко.

Мы подключили всю систему, настроили программу и приготовились к испытанию, но что-то пошло не так. Тело начало двигаться, однако, хаотично, никак не связано с моими движениями, при этом разгромив пол квартиры. Оказалось, что выявленные закономерности были не верны, и поэтому ничего не вышло.

Радовало лишь то, что искусственное тело не пострадало, хотя снова надо было искать закономерности, причём, каким-то не известным нам путём.

Для того, чтобы выявить необходимые нам сигналы, мы решили вновь увеличить количество электродов, с расчётом на будущее, до ста штук и к тому же сделать их более узконаправленными. Для этого мы решили сделать очень интересное вмешательство в мой организм, а именно вмонтировать в мою голову сто серебряных цилиндриков с креплениями под электроды.

Я долго не соглашался на это, так как не хотел ходить с «железом» в голове, но с другой стороны, рано или поздно, всё моё тело должно было стать искусственным, и поэтому я согласился.

Конечно, сделать такую операцию в больнице не согласились бы, поэтому пришлось искать некоторых специальных людей, а именно людей, делающих пирсинг, тату и тому подобные изменения тела, но для начала мы отправились к ювелирам.

Собрав некоторую сумму денег, мы пошли в ювелирный салон, чтобы заказать сто одинаковых цилиндриков, по нашим чертежам. Казалось бы, что в первом же месте нам повезёт, но нет, лишь под вечер, обыскав весь город, мы нашли человека, согласившегося нам помочь.

Этот человек посмотрел на нас, взял чертёж и сказал подходить на следующий день, когда всё будет готово, но подходить нам не пришлось.

Ночью кто-то позвонил в звонок моей квартиры. Открыв дверь, я увидел свёрток и записку от того самого ювелира. Неразборчивым почерком там было написано:

«Я не знаю, кто вы, да и не хочу это знать. В этом свёртке ваше изделие, умаляю, больше не ищите и не трогайте меня.»

Как оказалось, записка была написана кровью, и как я думаю, этого ювелира.

Поскольку такие события были нормой для нас, да и доказать что-либо было бы невозможно, мы приняли это событие, как данное.

На следующее утро мы отправились на поиски человека, который сделает операцию. Найти такого человека было также не легко, как и ювелира, прошлым днём, но, тем не менее, к полудню, мы его нашли.

Как было его настоящее имя, я не знаю, но прозвище у него было подстать занятиям – Хирург.

Хирург, не вдаваясь в подробности, с радостью принялся за работу, наверное, он очень любил то, чем занимался.

Помимо не стерильных условий проведения операции было то, что не было никакого наркоза, о чём я узнал непосредственно перед началом, будучи уже привязанным к креслу.

Операция началась.

В этот момент я понял, что вся боль, которую я испытывал до того, даже, возможно, вместе взятая – ничто, по сравнению с тем, что я буду испытывать ближайшие несколько часов.

Под конец процедуры я был почти без сознания и поэтому уже не почувствовал, как Хирург вылил чистый спирт мне на голову.

Кристина позвонила Виктору и Семёну. Они приехали и понесли меня домой.

На утро следующего дня я очнулся с невероятной болью. Чтобы избавиться от этого ощущения я принял обезболивающе и снова уснул.

Пришел в себя я лишь через неделю.

Как только я начал нормально себя чувствовать, мы вновь начали эксперименты.

Радует то, что дела пошли гораздо лучше. Все сигналы были чётко разделены и хорошо прослеживались. В итоге, за день мы завершили исследование.

На следующий день мы решили повторить опыт с искусственным телом, но на этот раз отгородит небольшой участок квартиры, чтобы в случае неудачи опять всё не восстанавливать.

Системы были подключены и отлажены, эксперимент начался.

Как только Виктор включил систему, у меня возникло странное ощущение, будто я нахожусь в двух местах одновременно.

Эксперимент был удачен. Тело полностью повторяло движения, а это означало, что можно было двигаться дальше.

Как и в прошлый раз, нам оставалось сделать ещё три крупных шага:

Во-первых, сделать систему жизнеобеспечения;

Во-вторых, сделать «систему чувств»;

В-третьих, провести сложнейшую операцию на моём мозге, переместив его в искусственное тело.

Отойдя от плана работ, да и в прочем, плана у нас и не было, мы решили продолжить работу над «системой чувств», и как оказалось, это было очень хорошим решением.

Первым делом мы решили проверить систему, «использованную в Болте», на мне, чтобы определить её недостатки, и, возможно, что-нибудь подкорректировать.

Всё было так, как и до того, сперва мы взялись за разработку искусственных глаз.

Как и Болта не за долго до этого, меня усадили в кресло и крепко закрепили в нём, приклеив веки, чтобы я случайно не моргнул, и не создал помех. Передомной поставили экран, на который подавались изображения, и подключили меня к аппарату.

К большому сожаления наши надежды не оправдались. Системе не удалось найти ни одной закономерности. Наверное, это было связано с тем, что человеческое зрение сложнее, да и картинка, поступающая в мозг, у человека цветная.

Получается, что перед нами опять встала проблема, которую необходимо было решить.

Чтобы зря не перегружать мозги, мы первым делом отправились на поиски, вдруг за это время кто-нибудь уже решил нашу проблему. И тут нам улыбнулась удача.

В Интернете мы узнали об одном учёном, который придумал аппарат, «возвращающий» зрение слепым. Это идеально подходило для нашего случая. Звали этого человека мистер Сатомати, и нам было просто жизненно необходимо встретиться с ним.

Но как возможно встретиться с человеком, которого знает почти весь мир, да и который проживает где-то на востоке. К счастью, удача не оставила нас и здесь.

Оказывается, через несколько дней в Москве должна была проходить какая-то научная конференция, и мистер Сатомати должен был присутствовать на ней, но это было ещё не всё. Если бы Сатомати приехал сразу на конференцию, то нам не удалось бы поговорить с ним, но он, как человек редко покидающий свою лабораторию, решил приехать чуть раньше, чтобы в свободное время осмотреть город. Всё складывалось достаточно удачно.

Чтобы понять, когда точно мистер Сатомати приедет в Москву, мы приблизительно выбрали день и позвонили к нему в лабораторию, где нам сказали, что этим утром мистер Сатомати вылетел на конференцию. Теперь мы знали, что скоро он приедет, а значит, нам было пора выйти в город.

Проблем с определением места, куда мог пойти Сатомати, конечно, не возникло. Как и любой другой турист, первым делом, Сатомати решил посетить Красную площадь, где мы, в общем, его и караулили.

Мистер Сатомати не заставил себя долго ждать. Спустя пару часов он уже неспешно прогуливался по площади, фотографируя всё вокруг, и, при этом, не замечая абсолютно никого и ничего.

Только заметив его в толпе, мы немедленно пошли ему на встречу, на сколько это было возможно, чтобы не привлекать внимание, быстрым шагом. До конца наш план не был продуман, в нём был один ну очень существенный недостаток: мы не знали, как говорить с мистером Сатомати, так как не знали, на каких языках говорит он, но, при этом, мы надеялись, что поймём друг друга.

Подойдя к Сатомати, мы первым делом попробовали заговорить с ним на достаточно распространённом языке, на Английском, надеясь, что он ответит нам. К сожалению, он лишь посмотрел на нас с недоумевающим видом.

Не удержавшись от такой неудачи и будучи в растерянности, я не смог сдержать эмоции, и пару раз, достаточно груба, высказался матом.

И тут случилось настоящее чудо. Мистер Сатомати повернулся к нам и заговорил на русском, причём без всякого акцента. Нашей радости не было придела, мы даже чуть не забыли, зачем вообще пытались поговорить с ним, но, к счастью, вовремя опомнились.

Пока Сатомати «не сбежал» от нас, мы быстро взяли его под руки и повели к машине, по пути рассказывая о том, что мы хотим от него. Думаю, со стороны всё это походило на похищение, странно, что нас никто не остановил.

Сев в машину и немного отдышавшись, мы начали разговор с самого начала, подробно описывая каждую деталь.

По началу мистер Сатомати не совсем понимал нас, будучи в шоке от такой встречи, но спустя пару минут он начал осознавать, о чём мы говорим.

Конечно, он нам не поверил. Да вы и сами посудите, кто поверит в наш рассказ да ещё и при таких то обстоятельствах, но, тем не мание, согласился нам помочь, но при одном условии, мы должны были показать ему Болта. На такое условие мы рассчитывали, так что никаких проблем с этим не возникло.

Приехав ко мне домой, мы быстро пошли в квартиру, пока Сатомати не передумал.

К нашей радости, их встреча с болтом была очень дружественной. Как только я открыл дверь, Болт прыгнул на Сатомати, повалив его на пол и пытаясь как бы обнюхать. От такой встречи, Сатомати сперва был очень шокирован, так как мало верил в то, что мы говорим правду, но потом он резко изменился и стал похож на ребенка при виде новой игрушки.

Как только эйфория чуть поутихла, Сатомати засыпал нас различными вопросами, касающимися Болта, да и нашей работы в целом.

Все вместе мы пошли на кухню, и за кружкой крепкого кофе, начали очень длинный разговор, по разъяснению мистеру Сатомати всех частей Болта.

Уже ближе к ночи, когда все вопросы кончились, Сатомати нас спросил о том, чего мы ждали больше всего на свете, он спросил, как может помочь нам.

В общем, нам надо было только его устройство, помогающее видеть, но мистер Сатомати не остановился только на нём. Он предложил нам полную поддержку.

Сразу же после конференции, на которую Сатомати пошёл с большой неохотой, виду последних событий, мы переехали в новую лабораторию, любезно предоставленную нам мистером Сатомати.

Для нас всё это было как сказка. Наконец, у нас было всё, что так было необходимо: оборудование, материалы, знания... Теперь мы верили, что с этого момента у нас будут только «светлые дни».

Первым делом, что мы сделали при таком раскладе – это поменяли искусственное тело.

Это была идея мистера Сатомати. Нет, он не предлагал изменять саму конструкцию, она ему очень понравилась, он лишь предложил поменять материалы. Разумеется, мы согласились с ним.

Когда мы делали последние изменения тела, то, разумеется, использовали то, что было «под руками», а это было далеко не лучшим решением.

Теперь, когда был Сатомати, всё можно было изменить. Для костей, сухожилий и суставов мы использовали новейшие композиционные материалы. Электромагнитные мышцы мы сделали из тончайшей серебряной проволоки. Помимо замены материалов, мы всё же не удержались, и изменили суставы, добавив в них электромагниты, для уменьшения трения, а также миниатюрные мышцы. Изменённые суставы были способны двигать конечности без помощи основных мышц, причём, с очень высокой скоростью, однако, они небыли рассчитаны на большие нагрузки.

После таких изменений конструкция была идеальной. Её вес составлял всего один килограмм, а средняя прочность всех частей значительно превышала прочность стали.

Теперь можно было возвращаться к тому, зачем нам понадобился Сатомати, к изготовлению системы чувств.

В общем, изготавливать ничего и не надо было, всё давно было сделано. Сатомати просто заказал новейшие разработки из лаборатории, которые пришли через пару недель.

Когда мы их увидели, то сильно удивились. Устройство Сатомати, позволяющее видеть и слышать, умещалось на монете, достоинством в одну копейку.

Конечно его изделие было гораздо лучше, так как в отличии от нас, Сатомати воздействовал на мозг непосредственно, а не при помощи излучений.

Чип Сатомати работал следующим образом: от внешнего устройства (камеры и/или микрофона), расположенного на расстоянии от чипа менее чем в ста метрах принимался сигнал, который преобразовывался в импульсы и подавался на нервные окончания.

С чипом мы могли приступить к последнему этапу создания тела – к разработке системы жизнеобеспечения.

За этот шаг мы вновь взялись вчетвером, а Сатомати, занялся предложением, от которого нельзя было отказаться, он решил сделать чип, включающий в себя нашу систему распознавания сигналов мозга, для управления телом. Такой расклад нас вполне устраивал.

Первым делом, что мы сделали, это искусственное сердце и лёгкие, конечно из новейших материалов, хотя бы по тому, что они были нам доступны. Затем мы начали решать, что делать с питательными веществами, необходимыми мозгу, ведь то, что сделано в Болте, было далеко не лучшей идеей. Вновь пришла пора серьёзно подумать.

Как и много раз до этого, мы первым делом отправились на поиски новой информации, как в Интернет, так и к старому знакомому Вениамину Вячеславовичу, к которому очень давно не приезжали.

Поскольку нас было четверо, мы разделились на две крупы: Виктор и Семён занялись Интернетом, а Я с Кристиной отправился к Вениамину Вячеславовичу, так как он нас уже знал.

На то, что нас ожидало по приезду, мы никак не рассчитывали.

Как и в прошлый раз, мы только подъехали к его дому, как нас уже ждали. На крыльце возле двери стояла маленькая девочка лет двенадцати. Она спросила нас: «Кто вы?». Узнав, что я Александр, она вручила мне конверт, и попросив немедленно уехать и никогда не возвращаться, ушла в дом, заперев за собой дверь.

Мы были растеряны после такой встречи, но привыкли не задавать лишних вопросов по поводу поведения люде, и поэтому сделали так, как нам сказали.

В машине я распечатал конверт, там лежало письмо, написанное не разборчивым почерком, по-видимому в спешке. Я начал его читать и не поверил написанному. В письме было следующее:

«Здравствуй Александр. Если ты читаешь это письмо, то, значит, меня уже нет в живых.

Через несколько часов после вашего визита я узнал о смерти того человека, к которому отправил вас. Все говорили, что это было обычное ограбление, но это не так, ведь при нём нашли все вещи и деньги. Я пытался задавать вопросы, но мне намекнули, что если я не прекращу, то со мной случиться то же самое. В общем, я и так знал это.

После убийства (ограбления) в квартиру к этому человеку вломились люди, они что-то искали, по-видимому, бумаги, которые вам передал его сын. Думаю, скоро они придут и за мной, так как мы работали вместе с этим человеком над тем, что сейчас у тебя.

Александр, ты ввязался в опасную игру, с противником, который обладает очень большими связями. Думаю, что отговорить тебя не удастся, но всё равно предложу тебе два варианта.

Во-первых, ты можешь спрятать бумаги и спрятаться сам, надеясь, что тебя никогда не найдут... Хотя, я думаю, это не по тебе.

Во-вторых, ты можешь как можно скорее закончить свою работу и придать её огласке, надеясь, что они не рискнут действовать, когда о тебе узнают люди.

Чтобы ты не выбрал, это будет опасно.

Желаю тебе удачи, да храни тебя Бог».

Читая эти строки, я не смог сдержать слёз, ещё один человек умер, и как мне казалось, по моей вене.

До утра я приходил в себя.

Днём я уже выглядел так, будто ничего не произошло, и снова был готов к работе с ещё большей самоотдачей.

Мыслей по поводу того, что делать дальше не было, и тут мистер Сатомати подал одну идею.

Раз наука не может помочь, стоит обратиться к мистике.

Мистер Сатомати рассказал, что на востоке пару раз встречал людей, которые научились обходиться без пищи и воды и что таких людей можно найти и в России.

Сперва я ему не поверил, но, полазив по Интернету и найдя сведения о таких людях, поменял своё мнение. Кроме того, в Интернете я нашёл адрес пожилой женщины, которая могла бы мня научить такой методике.

Я рассказал всё остальным и немедленно поехал.

Эта женщина жила в другом городе, поэтому добираться до неё пришлось на поезде.

Утром я собрал вещи и отправился на вокзал. Давно я там не был, с того момента, как ездил на дачу. Сразу вспомнились неприятные моменты из прошлого, хотя я помнил о них всегда.

Дождавшись поезда, я сел на него и отправился в двухдневную поездку, наконец, появилось время, чтобы хорошенько обдумать всё то, что произошло за эти годы.

В поезде я почти сразу заснул, даже не заметил как. Во сне я вновь видел странные события, как будто из будущего, он, проснувшись, толком не мог вспомнить, о чём они. Помимо моих снов была ещё одна странность, проснувшись, я понял, что прошло два дня, а в поезде никого не было. Испугавшись такой картины, я поспешил покинуть вагон и забыть то, что произошло.

Я направился по адресу, где проживала та женщина.

Придя в указанное место и увидев дом этой женщины, я был сильно удивлён. Посреди оживлённого города стаял маленький «деревенский» домик, который состоял толи ил различных деталей, толи из частей, сделанных в очень разное время. Вокруг дома был небольшой огород, на котором росли всевозможные растения, а также небольшая яблоня, на которой весело пара сочных яблок.

Я постучал в дверь, и старый, но приятный голос сказал: «Входи сынок.».

Я вошел внутрь и увидел пожалую женщину, которой на вид было лет сто, она неспешно наливала чай.

Женщина сказала, что уже давно ждёт, когда же я приду, и пригласила меня за стол. Женщина начала спрашивать меня о том, как у меня дела, здоровье... Складывалось впечатление, что я её родственник, который просто давно не заходил.

Затем она спросила, зачем мне нужно то, чему я хочу научиться. В начале я хотел придумать какую-нибудь историю, но потом решил, что следует рассказать всю правду.

Старушка выслушала меня, улыбнулась и, встав из-за стола, повела меня в комнату. Она сказала, что там я и буду жить пару недель. Затем она сказала мне отдыхать, и что всё начнется завтра. Затем, я опять уснул в беспамятстве.

Наступило завтра, и ранним утром эта женщина разбудила меня и повела в сад.

Солнце только появлялось где-то вдалеке, а город и природа ещё мирно спали, плавно отходя от ночной дрёмы.

Старушка начала разговор:

«Начнём с теории.

Человек ест, так как ему нужна сила, энергия, чтобы жить...

Но энергия есть абсолютно во всем: в огне, камне, воздухе, во мне, в тебе, везде. В одну энергию люди верят, например, в тепло или электричество, а в другую нет, но это никак на неё не влияет, хотя, кто знает наверняка.

Теперь, когда ты знаешь, что энергия есть везде, ты должен понять, что ты всегда с ней взаимодействуешь: берёшь и отдаешь, но сейчас, в основном, отдаешь. Тебе же надо научится её больше брать.

Начнем с начала.

Первое, что ты будешь пробовать делать, так это обходиться без еды. Пойдём в дом, я покажу тебе, что я имею в виду.»

Мы вошли в дом, и старушка продолжала.

«Самой простой, для получения, энергией, после еды, является вода. Теперь ты будешь только пить. Когда ты будешь пить, то не спеши, «почувствуй воду», ощути «энергию воды», то, как она растекается по твоему телу.

Помимо этого ты ещё будешь выполнять некоторые упражнения.»

Старушка завела меня в светлую комнату, в которой весь пол был ровно усыпан песком. Там она начала показывать упражнения. Конечно, я не был уверен, что это именно за упражнения, но они очень походили на йогу или ещё какую-нибудь «восточную практику»

Мы занимались часов двенадцать, пока последний луч света не перестал попадать на песок. Затем я выпил второй стакан воды за весь день, и мы пошли во вторую комнату.

Во второй комнате потихоньку становилось светло. Там стояло два огромных камня, а ещё два лежали на них.

Мы залезли на эти камни, сели поудобнее и начали медитировать, так сказать предаваться мыслям, отчищая и успокаивая их. Это продолжалось, пока луч света опять не покинул комнату.

Затем я вновь выпил стакан воды и отправился в третью комнату.

В третьей комнате было место только для одного человека, там было очень тесно и совсем не было света. Старушка закрыла меня там и ушла до утра.

Всё время она мне повторяла, чтобы я следил за дыханием, а именно, отдавал энергию на выдохе и забирал на вдохе. Она говорила, что дышать всегда надо глубоко и плавно, чтобы энергия не «портилась».

Так всё продолжалось три дня. Утром выход в сад, стакан воды, затем упражнения, стакан воды, затем медитация, стакан воды, и, наконец, тесная тёмная комната для размышлений.

На четвёртый день, старушка вновь повела меня в сад, там она начала новую речь.

«Теперь, когда ты научился брать энергию из воды, пора усложнять задачу.

Теперь, ты будешь только дышать, то есть не есть и не пить.»

Озадаченный таким предложением, я всё же не стал задавать вопросов и перечить. Хотя я и не понимал, как такое возможно, но за три дня, что я только пил воду и не спал, я не захотел ни есть, ни спать, так что я просто продолжал следовать указаниям.

Всё повторялось, как и прежде, но с одним небольшим изменением, теперь я ни только не ел, но и не пил, а помимо всего прочего ещё и не спал с последней ночи, когда я только приехал.

Так продолжалось неделю.

Хотя я и чувствовал, что организму как-то не по себе (будто алкоголику не хватает выпивки или курильщику сигарет), но, в остальном, всё было нормально.

На утро одиннадцатого дня мы снова пошли в сад, там последовало третья речь.

«Теперь ты будешь учиться самой сложной части.

Ты помнишь, чему тебя учили в школе?

Так вот, человек дышит, чтобы еду превратить в полезные вещества и энергию, но ты не ешь.

За последнее время в твоём организме произошли изменения, теперь он получает энергию из любого источника, даже через кожу, а «строительный материал» из отработанных веществ, что остались в организме.

Теперь, как ты уже, думаю, понял, ты будешь учиться и не дышать, то есть полностью прекратишь «материальное взаимодействие с миром».

Ну, пойдём.»

Я был в полной растерянности, так как не дышать, я явно не мог, да и не представлял, как такое возможно, но решил посмотреть, что будет дальше.

Мы отправились в первую комнату. Там мы проделали ряд стандартных упражнений, и несколько новых.

Затем, вместе с лучами солнца, переместились во вторую комнату. Там мы начали медитировать. И, вновь, с последними лучами солнца покинули комнату.

Весь этот день старушка говорила мне не о дыхании, а о мыслях, что я должен «дышать энергией», управляя ею при помощи мысли.

Затем мы отправились в комнату, которую я до этого, даже, не замечал.

Эта комната, как и третья, была тёмной и тесной, но было в не и ещё кое-что. Комната герметична, но имела ряд маленьких дырочек в стенках и была похожа на реквизит Гудини. В голове стали появляться нехорошие мысли, и не зря.

Старушка завела меня в комнату, плотно закрыла дверь и включила воду.

Сперва я запаниковал, но потом собрался с мыслями и решил попробовать сделать то, что мне говорила эта женщина. На всякий случай я сделал глубокий вдох и начал «медитировать». По началу всё вроде бы получалось, но потом что-то меня отвлекло и я начал «тонуть». Я потерял сознание.

Очнулся я на следующий день, и первое, что увидел, лицо старушки, нависшие надомной. Она спросила всё ли со мной в порядке. Услышав, что всё нормально, она подняла меня и потащила наверстывать пропущенное.

Всё повторилось, как и в прошлый раз, однако на этот раз продержаться получилось значительно дольше.

На четырнадцатый день тренировок всё окончательно получилось.

Я собрал веши и отправился назад, чтобы закончить работу.

Перед уходом старушка сказала мне: «Помни, что энергия есть абсолютно во всем. Её можно не только использовать, но и ощущать, видеть...».

Я не совсем понял, что она имела введу, но запомнил эти слова.

Я отправился на вокзал, сел на поезд и поехал домой. На этот раз я не уснул, с момента приезда к старушке я перестал спать, однако, теперь выглядел нормально, а не как после смерти родителей.

По приезду домой я поспешил рассказать и показать всем, чего достиг. Все были явно поражены таким прогрессом и в то же время рады, так как можно было закончить работу над телом.

Чип Сатомати был готов. Теперь он не только мог заменить глаза и уши, но и нашу систему управления, снимая импульсы непосредственно с нервных окончаний.

Теперь можно было закончить искусственное тело. Из предыдущей конструкции мы убрали и сердце, и лёгкие, и всю систему кровообращения, просто поместив мозг в питательную жидкость.

Тело было закончено. Мы поместили его в новую дезинфицирующую камеру и стали думать об операции.

Операция была назначена через неделю.

Все стали готовиться, ведь приближался самый ответственный день, особенно в моей жизни.

Пять дней я был как на иголках, ведь во время операции я вполне мог умереть, или могли произойти ещё какие-нибудь непредвиденные неполадки.

На шестой день Я и Кристина совершили самый странный поступок... Мы поженились. Мы ведь давно любили друг друга, и посчитав, что это возможно последний наш совместный день, совершили этот безумный поступок.

Свадьба была довольно скромной... Гостей было немного, так как ни у меня, ни у неё родственников не было. В общем, на свадьбе из гостей были Семён, Виктор и Сатомати. Вечером мы закончили праздновать и стали готовиться к операции, которая была уже утром.

Наступило утро. Я очень нервничал, ведь в этот день всё решалось, но всё беспокойство проходило и забывалось, стоило мне увидеть Кристину.

Мы сели в машину и поехали в больницу, где нас уже ждал Сатомати. Этот день мне очень хорошо запомнился. Погода была особенно мрачной, и шёл дождь.

Мы приехали в больницу, и всё началось.

Я отправился в комнату, где разделся и побрился. Отступать было поздно. Затем я прошёл в операционную.

Операционная была просто удивительной. Казалось, будто я сплю или попал в будущее. Всё казалось настолько невероятным, футуристическим и идеально чистым, что хотелось лишь смотреть и смотреть.

На этот раз операцию делали лишь высоко квалифицированные люди: Сатомати и несколько человек, которым он доверял. Остальные смотрели через стекло за ходом операции.

Последние, что я увидел, было искусственное тело, которое доставали из дезинфицирующей камеры. Наркоз подействовал. Я закрыл глаза и уснул, толком не зная, проснусь ли... как?... когда?